Дочь Эдипа

Балет-модерн в 2-х действиях

Либретто С. Боброва по трагедии Софокла «Антигона»

Музыкальная композиция М. Пекарского по произведениям В. Артемова, В. Мартынова, М. Пекарского, С. Прокофьева, Д. Кейджа

Музыкальный руководитель — Марк Пекарский (Москва)
Балетмейстер-постановщик — Заслуженный артист России Сергей Бобров
Дирижер — Заслуженный артист России Александр Косинский
Художник-сценограф — Елена Родионова
Руководитель ансамбля ударных инструментов — Алексей Крыжановский
Художник по костюмам — Теодор Тэжик
Художник по свету — Александр Кельганов (Москва)

«...Когда умер в изгнании царь Эдип, сыновья его, Полиник и Этеокл, разделили между собой власть над Фивами. Каждый из них должен был править по очереди в течение года. Этеокл не захотел делиться властью со своим братом, он изгнал его и завладел властью над Фивами. Собрал Полиник большое войско, и осадило оно семивратные Фивы. Как два яростных льва сошлись братья в жестоком поединке. И поразили друг друга, и смешалась их кровь, обагряя кругом землю.

Роскошные похороны устроил Этеоклу фиванский царь Креонт, а Полиника велел лишить погребения. Труп его лежал у городских стен, оставленный на растерзание хищным птицам. Обречена была душа Полиника на вечное скитание, не могла она найти успокоение в царстве душ умерших. Страдала благородная дочь Эдипа Антигона, видя то бесчестие, на которое обречен ее брат. Решила она сама предать земле тело Полиника и совершить все погребальные обряды. Печальный голос Антигоны звучал как скорбный крик птицы, увидевшей, что чья-то злая рука похитила ее птенцов.

Гневными словами встретил Креонт Антигону. Живой будет замурована в гробнице, и не будет принадлежать ни жизни, ни смерти Гемон просил отца помиловать Антигону, но в безумном упорстве неумолим был Креонт...»
Н. А. Кун «Легенды и мифы Древней Греции» 

«Что было, то и будет, и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем... Род проходит, и род приходит, а земля пребывает вовеки»
Книга Экклесиаста или Проповедника (I - 9, I - 4)

Древнегреческий миф об Антигоне в его многочисленных вариантах — один из архетипов человечества. Вечны, как мир, борьба за корону, противостояние личности и толпы, несовместимость божественных законов и сиюминутных установок очередного деспота и тирана, мнящего себя равным богам. Но в любую эпоху всегда находится герой, слышащий голоса свыше. Бунтари духа — инструменты в руках Бога, безмерно раздражающие правителей и толпу. Непонятные, необъяснимые, жертвенные...

В сегодняшней исторической ситуации неспроста возникает желание жестоко, по-своему, рассказать этот миф. Работать на стыке классических традиций и авангарда в области современной музыки и танца, позволяющих передать дух ритуальной и мистериальной по сути древнегреческой трагедии.

Наша «Антигона» — это история преступления, которая повторяется вечно. Эту цикличность процесса исторического развития подчеркивает и структура балета. Размещенные на возвышении музыканты, словно некая инфернальная абстрактная сила, задают героям ритм бытия. Знаком на сцене предстает каждый предмет, будь то хлыст или похожий на чудовище животный трон. В контексте спектакля корона одновременно и знак власти, и жертвенник, вокруг которого пляшет обезумевшая толпа.

Свой знак есть у Антигоны – отпрыска древнего и проклятого богами рода Эдипа. Рожденная от кровосмесительного брака матери и сына, только она наделена духовным зрением, безгрешна, много лет была глазами ослепившего себя Эдипа, перед тем как вернуться в родные, разоренные междоусобицей Фивы. Не потому ли ее знаком в балете является анк – древнеегипетский крест, означающий союз Неба и Земли, жизни и бессмертия?! В мистериальной традиции он предстает ключом к тайным знаниям и скрытой мудрости, предзнамением «жизни предстоящей», нездешней. Они доступны только этой, на первый взгляд, столь беззащитной героине. Антигона скорее жрица, исполняющая ритуальное погребение, чтобы поскорее примкнуть к миру богов.

Связующим звеном между «миром идей» и «миром людей» предстают два сатира. Они и слуги просцениума в традициях комедии дель арте, и весьма двусмысленные, неоднозначные персонажи, манипулирующие героями. Именно они сажают на трон отупевшего от власти Креонта. При встрече с Антигоной, осмелившейся похоронить брата-предателя, у Креонта тут же срабатывает животный инстинкт убийцы. Но даже смертный приговор, вынесенный царем, не может отменить для Антигоны божественные законы.